- Как-то изначально у меня сложилось понимание, что райский сад и земля находились в разных бытийных модусах или же в различных пространственно-временных локусах, или же отличались по хронотопу, все три термина в данном случаи вполне уместны. Между этими хронотопами простиралась переходная зона под названием Эдем, по сути пустыня, в том смысле, что любая пограничная зона — это всегда некоторая пространственно- временная неопределённость, принадлежащая всем и никому.
Если очень кратко сформулировать различие, между локусами земли и рая хотя бы по двум параметрам: логосу и вещи, где логос есть смысл вещи, а вещь есть осуществление логоса, то в райском мире логос был сильнее вещи, а на земле вещи были сильнее логоса. Различие того и другого состояния можно выразить так: в раю вещи описывали смыслы, а на земле смыслы описывают вещь.
Земной мир, то есть всю нашу вселенную можно описать через четыре фундаментальных свойства: энтропия; причинность; трехмерное пространство и необратимое время, с конкретным значением мировых констант, но почему измерений именно три и константы именно такие — науке неизвестно, но вещи в нашем мире от звезд и планет, до пыли и молекул существуют объективно и человек пытается описать существующий материальный мир используя разные смысловые модели, им же нет числа, однако весь мир со всеми вещами подчинен единому глобальному закону – закону увеличения энтропии, и его локальное нарушение, только подтверждает правило.
Очевидно, что в раю райское время было, но оно было связано не с мерой энтропии или разрушения, а с мерой раскрытия полноты.
Так же райское пространство определяется не расстоянием, а отношением, и являлось категорией общения, то есть «близость» определяется не метрами, а степенью причастности. Райская материя же обладала иной степенью пластичности, она была менее жесткая чем наша, и больше зависит от воли, чем от физики. Совершенно по-другому в раю выглядят и причинно-следственные связи. В нашем мире сначала действие, а потом результат. В райском мире логос мог непосредственно оформлять материю. Это напоминает то, как Адам дает имена животным. Логос открывает суть того, в ком он раскрывается, так что возможность становится подлинной реальностью.
Ну и самое очевидное, что все процессы нашего мира сопровождаются потерями энергии, в раю же этого нет и любое развитие не уменьшает полноты бытия.
В Бытии говорится о четырех реках, вытекающих из одного источника, что с географической точки зрения почти невозможно, но если представить пространство иной топологии, то один источник вполне может соединяться с разными частями земного мира, образуя как бы «узел» пространства, то есть с точки зрения земного локуса, райский локус был подобен свернутому пространству, был везде и нигде.
Райский хронотоп был духовным именно в том смысле, в каком смысл предшествовал физике, и поэтому энтропии не было, время раскрывало, пространство определялось общением, а материя слушалась слова, то есть это был более высокий уровень бытия, определяемый не внешней формой, а внутренним смыслом. Если в земном мире пространство порождает смысл (мы должны пройти путь, чтобы встретиться, изучить, понять), тогда как в райском мире смысл порождает пространство, то есть не близость создает общение, а общение создает близость; не форма определяет содержание, а содержание свободно облекается в форму. И таким образом райский мир был не столько физическим, сколько онтологическим. Физический же мир был подобен райской иконе: видимая форма существовала не сама по себе, а как выражение более глубокой реальности. Именно поэтому изгнание из рая означает прежде всего изменение самого способа существования человека, а не просто смену места жительства и изгнание означает не пересечение границы государства, а утрату доступа к иному порядку существования.
- Таким образом, земля развивалась в своем локусе, а человек параллельно в локусе райском, но при этом оба локуса не были изолированы, ибо райские события неким образом проецировались на земную историю, так что земные геологические эпохи находятся в корреляции с райскими событиями, при чем высшее определяет низшее, а не наоборот, то есть геологические эпохи — это не причины райских событий, а их следствия, земные «иконы»и геологическая история как бы является материальной тенью райских событий. Тогда вся история Земли оказывается не самостоятельной драмой и не просто подготовкой к человеку, а своеобразной материальной литургией, где каждый геологический пласт является отражением определенного этапа райской метаистории, где геологическое событие структурно связано с соответственным райским действием. Иными словами, одна райская секунда, может быть, развернута в целую «симфонию» геологических процессов, потому что связь между ними определяется не длительностью и не причинностью, а общим логосом. Тогда миллионы лет эволюции становятся не растянутым отражением одного дня в раю, а многоголосым раскрытием одного и того же архетипического смысла в материальном мире.
Остается только добавить, что библейское повествование о творении за шесть дней не есть хронология событий, а именно послойное описание структуры мироздания, так что райский локус как бы появился повествовательно последним, но не во временном, а в логосном ракурсе, он является вершиной творения, то есть, если земная история — это развертывание мира во времени, то райская история — это развертывание смысла человека в ином хронотопе. Поэтому то, что рай повествовательно появляется после описания всего мира, вовсе не обязательно означает, что он «возник позже» Земли. Он может быть показан последним именно потому, что является смысловой вершиной того, что было показано прежде.
- Исходя из всего вышеизложенного, теперь можно конкретно соединить те райские события, что изложены в Библии в первых главах книги Бытия и геологическим эпохи, открытые с помощью научных исследований.
Докембрий. На Земле возникает сама возможность жизни, а раю возникает сам носитель образа Божия – человек Адам. При этом прах для творения Адама взят именно из земного локуса, а потом перемещен в локус райский, что еще раз подчеркивает взаимодействие двух хронотопов. В мифологии распространен сюжет творения мира из тела первочеловека, что является как раз отражением райского влияния первочеловека на все мироздание, созданное для него и ради него и являющейся в некотором смысле его разверткой, конечно не в мифологическом смысле, поскольку мифология не знает отделенного райского локуса.
Кембрий. Возделывание Адамом рая, так как в раю нет воды, и Адам проводит воды от четырех райских рек к каждому растению рая. На земле в кембрийский период происходит знаменитый «кембрийский взрыв» — внезапное раскрытие форм, резкое развертывание всего разнообразия жизни, то есть каждая новая форма жизни появляется в момент развертывания райского логоса в земном хронотопе.
Палеозой. Господство морской жизни, затем растений и животных на суше. В раю оформление мира животных, наречением имен животных, установление иерархии творения. Леса, гигантизм, первые рептилии. Осознание Адамом собственного одиночества: «не нашлось помощника подобного ему». Мир достигает полноты животных форм, но человек обнаруживает свою уникальность, то есть на земле появляются сложные экосистемы, а в раю появляется язык. До этого есть только природа, а после этого появляется семиотический мир. В палеозое мир осуществился уже во всех возможных формах и во всех возможных связях между этими формами, которые в течении земной истории меняли свой онтологический вес, но сама структура остается неизменной до сего дня.
Мезозой. Эпоха рептилий, гигантизма. В раю глубокий сон Адама (тардема) Адама, создание Евы, полнота райской жизни, возникновение возможности искушения. На Земле господствуют огромные пресмыкающиеся; в раю появляется тот, через кого возможно отношение любви и свободы. Появление Змия в раю, проецируется на землю рептильной эпохой. Господство динозавров на земле является проекцией разговора Евы и змия, что явилось нарушением семантических райских весов, приведших к катастрофе.
Кайнозой. В раю грехопадение, одевание в «кожаные ризы». На земле конец эпохи рептилий, господство млекопитающих и приматов. На Земле формируется то биологическое тело, которое станет одеждой изгнанного человека. То есть не эволюция рождает человека, а Адам разумный включается в уже существующую биологическую линию. Вымирание динозавров, прямое следствие райского проклятия змия, и внезапное появление разума в приматах, так удивляющих ученых и есть проявление факта изгнания.
Четвертичный период. Homo sapiens становится доминирующим видом, райский локус изолирован, а жизнь внутри земного локуса продолжается как человеческая история до появления нового Адама – Христа, который снова открывает параллельную линию райского локуса и открывается литургический смысл истории человечества: человек, как священник творения, собирает все пласты земной истории и вновь вводит их в сферу смысла.
- В этой перспективе становится понятно и в чем состояло качественное отличие двух основных библейских периодов человеческой истории: допотопной и послепотопной. Человек после рая не до конца утратил логосную силу, и сила логоса и сила вещей в допотопный период примерно уравнялись, отсюда древний магизм, контакты с духами и появление исполинов, как возможность контакта духовного и земного мира. После потопа эта способность полностью утратилась, и остались реплики в виде жречества, шаманства, колдовства и тому подобных проявлений, так что допотопный мир был промежуточным этапом между райским и современным состоянием. Человек уже смертен, но еще сохранял значительную степень «логосности» и человек еще не полностью подчинился материальности, а вот в послепотопном мире материя окончательно приобретает самостоятельность и человек уже не может непосредственно воздействовать на мир, он вынужден изучать его законы, и возникает техника вместо магии.
До Потопа невероятные сроки жизни; исполины; загадочные «сыны Божии»; Енох, который «ходил перед Богом»; постоянное непосредственное вмешательство Бога, а после Потопа все становится «обычно», короткая жизнь, редкие чудеса, Бог начинает действовать через Завет, пророков, Закон, история становится более исторической, так что трудно не заметить качественный перелом.
Можно сказать, что до Потопа степени участия человека в логосе творения была выше, чем после Потопа, но это не пошло человеку на пользу, поскольку такая возможность приводила к разрушение границ между различными уровнями творения и приводило к появлению существ, которые символизировали смешение порядка мира. Таким образом, если в раю человек непосредственно участвует в Логосе, а в допотопном мире это участие ослаблено, но еще достаточно велико, откуда и эти необычные формы взаимодействия человека и мира, то после Потопа, человек почти полностью переходит в режим познания через материю. Человек уже не «говорит миру», он начинает исследовать мир, откуда рождается сначала ремесло, затем наука.
И главное, после потопа человек теряет единый язык, не как общую коммуникативную систему, а именно как потерю общей логосной объединяющей силы, язык становится посредником, вместо непосредственного орудия воздействия на материю.