Вера и разум

    
 
    1. Между разумом и космосом, существует некая таинственная связь. Разум изначально заинтересован космосом, и он у него рождает массу вопросов. Почему космос именно такой, а не другой? Почему он изменчив и цикличен? Для чего он нужен? Есть ли у космоса цель, и каково его начало? Какое место человека в космосе? Почему космос не подчиняется человеку? И наверно самый главный вопрос, о конце космоса.
    Эти вопросы не случайны, именно из-за этой таинственной связи, ведь сама природа разума и размышления так же текуча, быстроизменчива, многоаспектна, как и окружающая вселенная. Спрашивая о космосе, разум спрашивает о самом себе.
    Излишне напоминать, что окончательного ответа ни на один из этих вопросов разум так и не получил.
   
    2. Вера – совсем другое дело, ведь она не интересуется космосом, а скорее тем, что за ним, и сродность веры тому, что за временным и материальным, так же интуитивно ощущается. В этом смысле вера всегда эсхатологична, ибо начинается за концом, и за пределом чего бы то ни было.
    Именно вера принимает откровения от Бога, которое разум ни подтвердить, ни опровергнуть не может, по причине своей посюсторонности. В этом смысле можно утверждать, что как таковой языческой веры не было, ведь языческие боги, только космические аспекты, а соответственно подчинены и разумным началам, на чем собственно и возросла философия.
    Если исходить из христианской веры, то разум получает от веры откровение о космосе, а именно, что космос – творение. Видеть в космосе – тварь, это свойство веры, поскольку это означает принятия и Того, кто сотворил космос, т.е. Творца. Отсюда проистекают несколько важных выводов: космос создан по единому замыслу; замысел этот скрыт, но, тем не менее, может быть открываем человеком; замысел этот связан с человеком.
    В этом свете космос предстает как училище, школа, задание, всем своим существом задающим человеку некий сложный урок, разгадать который жизненно необходимо. Загадка же эта, или притча, о Том, Кто космос сотворил. Разгадывать, же этот космический урок и должен разум, под руководством веры.
   
    3. Если мир творение, а для веры это очевидно, то значит, весь космос пронизан силой Бога. Его Славой, Его энергиями, или Его Именем, иначе как бы он управлялся? Бог неприступный по сущности содержит творение своими действиями, открываемые человеком. Человек не ощущает или не видит действия этих сил только по одной причине: он вне их, или противится им своей силой, своей славой, своей энергетической конфигурацией, желая себе сделать имя в веках. Задача же решаема, если только человек в силах так изменить свою юстировку, что будет соответствовать тому порядку, что управляет вселенной. Разумно-волевые усилия направленные на это и могут называться христианской жизнью. Либо в виде особых аскетических упражнений, либо в виде внутреннего расположения к течению жизни. Возможно же это только в союзе веры и знания.
   
    4. Становление этого союза особая тема в истории православной Церкви, полная драматизма и борьбы. Апостолы, за исключением апостола Павла, не обладали систематическим образованием, и выступали как свидетели веры, а не систематизаторы, да и апостол Павел в своих посланиях преследовал цель укрепления первых христианских общин, решая одновременно очень много разнообразных задач. Впервые комплексно попытались решить эту проблему первые монашеские общины, в результате чего и родился и метод и система православного образа жизни. Метод этот простой, эффективный и гениальный и его можно свести к формуле: сосредоточенная молитва – разумный контроль – сердечное чувство. К концу византийской истории этот метод вырос из антропологической стратегии в культурологическое и политическое идеологическое течение под названием «исихазм», успешно противостоящее «западному ренессансу» с его попыткой заменить фундамент жизни с «веры» на «разум».
   
    5. Россия в своем государственном строительстве последовательно пыталась осуществить «византийский идеал» союза веры и разума в жизнь. Хотя после стольких попыток уничтожить и заменить его на «западный», кажется просто «чудом», что он еще живет, хотя в этом и видится, его фундаментальная суть. Ведь западная идея не только не прерывалась, но настолько успешно реализована в мире, что фактически ей покорились все народы, но, тем не менее, православие продолжает вести свою линию. Причем продолжает вести даже вопреки тенденциям внутри самой Церкви. Ведь в «византийском проекте» предполагалось на начальственные должности ставить только тех, кто имеет опыт монашества, т.е. опыт хождения в вере на основе «исихастских методик». Ныне же епископами становятся те, кто обрел удачный опыт хождения в разуме, т.е. прошел горнило академических знаний.
   
     6. Необходимо еще отметить, что в союзе «веры и разума» есть свои неустранимые проблемы, которые часто являются камнем преткновения для любого пытающегося встать на этот путь.
    Во-первых, разум может в этом союзе играть только подчиненную, инструментальную роль, поскольку совершенно бессилен понять и описать духовные феномены по причине их антиномичности и экстатичности.
    Во-вторых, сами разумные конструкции в соприкосновении с внемирностью подвергаются разрушению и плавке, что пугает разум, и может им восприниматься как агрессия в его умении составлять «перечни». Ведь язык и есть разумная классификация, и она не способна выразить тайны веры, или способна только отчасти.
    В-третьих, у разума есть дурная особенность проецировать свои конструкции на невидимый мир, и через это не только искажается истина, но терпит урон и вера, поскольку в этом свете выставляется как нечто ненадежное, изменчивое, относительное, т.е. разум приписывает вере свои собственные свойства. Ведь на самом деле вера и есть «камень» среди изменчивого мира, или наиболее стабильное, фундаментальное, надкосмическое основание укорененное в Боге.
    Именно разум и стабилизируется верой, и является просто его силой, инструментом, функцией.
    Остается только добавить, что все необычные свойства веры связаны не с нею самой, а следствием укоренности веры в Любви. Любовь, как основное и главное качество Бога открывается в творении в качестве веры, и вера является проводником Любви, но как только выполнит свою функцию, перестает быть нужной. Вера для Любви, тоже самое, что разум для веры, т.е. является своеобразной лестницей или строительными лесами для помощи в достижении чаемого ответа на все вопросы.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.